Мой прадед
Великая Отечественная война для моего поколения -это страницы истории, кадры документальных и художественных фильмов, рассказы учителей. Не так давно из жизни ушла моя прабабушка, труженица тыла, пережившая войну. В моей семье она была последним очевидцем тех суровых лет. Мы любили с бабушкой перелистывать семейный альбом, рассматривать старые фотографии. Самая дорогая фотография та, на которой изображен молодой красивый казак.
Это её муж - мой прадед, участник Великой Отечественной войны Кунич Василий Никитович. Родился он 15 марта 1925 года в селе Новопавловка, Белоглинского района, в крестьянской семье. Его родители, Никита Стефанович и Прасковья Максимовна, были простыми тружениками. До революции 1917 года батрачили, после коллективизации вступили в колхоз. Семья была большая (три брата и сестра). Прадедушка – второй ребенок в семье. После окончания 5 класса сельской школы пошел работать в колхоз помощником механизатора.
Война застала его 16-летним мальчишкой. Мечтал пойти на фронт с первых дней, особенно после ухода на фронт старшего брата Павла, читая его письма домой. Ноябрь 1941 года… По станицам и селам прошел слух о начале формирования казачьего корпуса В военкоматах выстраивались очереди, как на толкучках. Возмущенные «несправедливостью» медицинских комиссий, раздетые догола, казаки кричали: «Надо не в метрики глядеть на годы, а как умеет казак рубать на скаку! Как он бросает гранату!» На школьных плацах старшеклассники отрабатывали артикулы с самодельными винтовками, метали выкованные в колхозных кузнях гранаты. За околицами станиц, и просто на выгонах и по свежескошенной стерне разворачивались и стягивались сколачиваемые эскадроны. По-боевому звучал сигнал трубы, который казак воспринимал как голос командира: «По коням - по взводам стройся!» ; «Рысью – марш!»; «Галопом – марш!»; «Рассыпься веером!» ; «К пешему бою слезай!»; «По коням – марш вперед!»; «Шашки вон – в атаку марш!...» Прадедушке не хватало 2 года до мобилизационного возраста. Воспользовавшись тяжелым военным положением, неразберихой, острой нехваткой людей, он пошел в военкомат, приписав себе недостающие два года, и записался добровольцем на фронт. По распределению он попал в ряды Кубанского казачьего кавалерийского корпуса в городе Тихорецке. Так, с лета 1942 года Василий Никитович стал рядовым-сабельником.
Боевое крещение принял в августе 1942 года на Майкопском направлении. « … Бой начался ранним утром с получасовой казачьей артподготовки. Затем артподготовка как бы переросла в заградительный огонь, прикрывающий от глаз врага контратаку казачьей конницы. Это было нечто вроде дымовой завесы. Под этой завесой контратакующие казачьи части разворачивались спокойно и неторопливо. Продвигались вперед вслед за вздыбливающими землю разрывами наших снарядов и мин, все убыстряя и убыстряя ход коней. Время атаки было рассчитано до секунды. Вот они уже в развернутом веером аллюре, наши казаки. Вот они уже сорвались на летящий бешеный галоп. Вот все разом обнажили сабли. И вот, когда наша артподготовка, неожиданно для ошеломленных пришельцев, оборвалась, наши советские казаки, вынеслись на врага, точно из-за занавеса, из спасительного заградительного огня и дыма со сверкающими, жадными до справедливости шашками…» - таким ему запомнился первый бой с немцами.
В феврале 1943 года, при освобождении Ростова-на-Дону, был тяжело ранен и провел около двух месяцев в госпитале. После ранения вернулся в корпус водителем грузовика, подвозил боеприпасы. В боях за Белоруссию летом 1944 года был ранен, на этот раз не так тяжело. Пуля прошла навылет сквозь бок, не задев внутренних органов.
Самое яркое фронтовое впечатление прадедушки - взятие Будапешта. «Такого быстрого и решительного боя я не видел ни разу. Немцы наступали на нас со скоростью и злостью. А мы, вынужденные отбиваться, а не атаковать, дрались с не меньшой отвагой и решительностью», - вспоминал он.
Победу прадедушка встретил в чешском городе Клинец, не успев со своей конно-механизированной группой дойти до Праги.
После войны вернулся в родное село, окончил курсы токарей, работал в МТС, позже на тракторе. До конца жизни он был добрым, общительным, уравновешенным человеком, очень любил детей. О войне говорил скупо, неохотно. Считал, что подвигов не совершил, воевал как и все, сожалел, что не дошел до Берлина. Не мог смотреть фильмы о войне, говорил, что в них мало правды, что война совсем не такой была. К сожалению, прадедушка трагически погиб в августе 1988 года, когда наша страна только начала пересматривать свое военно-историческое прошлое, так и не узнав, что о войне уже существует и другое мнение, схожее с его. За участие в боях, за освобождение городов, прадедушка награжден медалями и орденами.
Мне и моим ровесникам предоставлена почетная миссия - хранить память о войне и ее участниках, и мы должны выполнить ее с честью, достоинством и уважением.